" "

 
 

Главная

Вступить в ассоциацию

Контакты

 
     

Новости

     
10.12.2021

 

  Вице-президент Союза Национальная Медицинская Палата, председатель правления Ассоциации Врачебная Палата Московской области Сергей Лившиц принял участие в сессии ЦИФРОВЫЕ ИННОВАЦИИ В ЗДРАВООХРАНЕНИИ в рамках Конгресса молодых ученых в г.Сочи
     
18.11.2021

 

  Представители Ассоциации Врачебная Палата Московской области в составе делегации Министерства здравоохранения Московской области посетили Волгоградский государственный медицинский университет
     
16.08.2021   Родители без права
     
07.08.2021   Эмбриональные права Долгушина
     
03.08.2021   Независимая медициснкая экспертиза
     
04.07.2021   Проверки Россздравнадзор
     
02.07.2021   Под надзором прокурора
     
01.07.2021   Не тяните с адвокатом
     
03.06.2021   Стратегия и тактика защиты по уголовным делам о преступлениях в сфере здравоохранения
     
01.06.2021   Документы для профилактики (меддокументация)
     
05.05.2021   Практика деятельности следственного органа в отношении медицинских работников
     
04.05.2021   От сообщения о преступлении до суда
     
03.05.2021   Закупки по контракту Лекция Е.Е.Черных по 44-ФЗ-1
     
25.01.2021   Что такое моральный вред
     
20.01.2021   Причинение смерти по неосторожности. Правовые особенности
     
18.01.2021   Правовые основы обращения медицинских изделий
     
12.01.2021   Добровольное информированное согласие
     
15.12.2020   Профилактика коррупции
     
09.12.2020   Обвинить нельзя, помиловать
     
04.12.2020   Административная ответственность медицинских работников
     
14.11.2018   Заявление Союза медицинского сообщества Национальная медицинская палата относительно ситуации с ампутацией якобы здоровой ноги у пациентки из Воронежа
     
31.08.2017   ПРЕМИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПАЛАТЫ - 2017
     
16.08.2017  
"Вызываю врача". Леонид Рошаль о том, какие кадры вылечат отечественную медицину
     
08.06.2017   "НАЦИОНАЛЬНАЯ МЕДИЦИНСКАЯ ПАЛАТА ПРЕДЛАГАЕТ ЗАКОНОДАТЕЛЯМ СУЩЕСТВЕННО ДОРАБОТАТЬ ЗАКОНОПРОЕКТ О ЗАЩИТЕ ВРАЧЕЙ".
     
13.10.2016  
     
     27 сентября в Москве, в международном мультимедийном пресс-центре "Россия Сегодня" состоялась международная конференция "Независимая медицинская экспертиза как инструмент досудебного урегулирования споров между врачом и пациентом" с участием более чем 300 представителей профессионального медицинского сообщества России и почетных гостей - членов Врачебной палаты земли Северный Рейн (Германия).
       
23.06.2016  

Конференция: "Независимая медицинская экспертиза как инструмент досудебного урегулирования споров между врачом и пациентом"
       
21.03.2014    Информация о проведении первого форума медицинских работников Московской области
       
       

 

 

 

 

Защита прав в зародыше

В настоящее время в России не существует четкого определения правового статуса еще нерожденного ребенка. Споры о том, как именно необходимо определить этот статус, не утихают.  В свое время РПЦ выступила с инициативой закрепить за эмбрионом права человека с момента зачатия и защитить их законодательно, запретив аборты. Не остались в стороне и светские органы правосудия. Следственный комитет России тоже предлагал внести в статьи Уголовного кодекса РФ понятие плод человека и ввести уголовную ответственность для врачей за его гибель. Инициатива СК не нашла поддержки в медицинском сообществе. Более того, медицинские работники полагают, если закрепить за эмбрионом права субъекта, то это приведет к катастрофе в сферах неонатологии и акушерства. Какие же последствия может иметь для медицины признание эмбриона субъектом права? Об этом предлагаем поговорить в обзоре, подготовленном по материалам статей экспертов Союза медицинского сообщества Национальная Медицинская Палата.

Три подхода к статусу

Ни в отечественном, ни в международном праве нет однозначного определения правового положения эмбриона/плода (эмбрионом считается зародыш человека до 9 недель, с 9 недель до рождения плодом).  Выделяют три подхода к определению правового статуса эмбриона.

Первый подход подразумевает, что эмбрион/плод субъект права и участник правоотношений. По нормам и российского, и международного законодательства право на жизнь является естественным неотчуждаемым правом человека (часть 1 статьи 20 Конституции РФ).   Вместе с тем, статья 17 Конституции России гласит, что основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения, тем самым основной закон государства отрицает наличие прав субъекта у человека до момента рождения. Международные правовые акты, такие как Всеобщая декларация прав человека (1948 г.), Конвенция о защите прав человека и основных свобод (1950 г.), и законодательство большинства стран (Испания, Франция, Швейцария и др.) тоже связывают начало правоспособности с моментом рождения. А признание за плодом права на жизнь неравноценно признанию его субъектом права.

Тем не менее, многие международные правовые акты признают определенные права ребенка еще до рождения. В Декларации прав ребенка (1959 г.) и Конвенции о правах ребенка (1989 г.) сказано: ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения.

Законодательство целого ряда стран предусматривает широкий арсенал правовых средств, направленных на защиту интересов ребенка до его рождения. Например, на защиту его наследственных прав.  В России согласно Гражданскому кодексу РФ, пр наличии зачатого, но еще не родившегося наследника, раздел наследства может быть осуществлен после рождения такого наследника. Аналогичный принцип действует в Японии правоспособность физических лиц возникает с момента рождения, но в целях защиты интересов будущего ребенка Гражданский кодекс Японии наделяет его правоспособностью в части наследования. Так, в случае смерти мужа, если вдова покойного беременна, наследственное имущество переходит к вдове, но, если ребенок родится живым, исчисление его наследственной доли будет производиться так, как будто бы на момент смерти отца он уже родился.

Второй подход к определению статуса эмбриона/плода рассматривать его как объект права собственности. В судебной практике накопилось немало случаев, когда человеческий эмбрион оказывался предметом спора. Подобные прецеденты возникли в связи с развитием новых биотехнологий в области вспомогательной репродукции, которые поставили перед юристами проблему защиты прав эмбриона.

Одним из первых судебных дел, связанных с разделом замороженных эмбрионов в программе ЭКО, было дело Дэвис против Дэвиса в США в 1992 году. Суд постановил, что человеческие эмбрионы не могут быть объектом права собственности, но и не являются субъектом права, т.е. занимают промежуточную позицию.

 Аналогичным образом не решен вопрос об использовании эмбрионов для научных исследований. Европейская практика не разработала единых подходов и для решения вопроса об усыновлении криоконсервированных эмбрионов. Желания партнера также по-разному  учитываются в различных странах. И все же в большинстве стран действует принцип, согласно которому желание одного из партнеров не прибегать к переносу эмбрионов превалирует над желанием другого партнера сделать это. При этом в большинстве стран в законодательстве нет четких формулировок, определяющих правообъектность эмбрионов, и судебная практика основывается на так называемом прецедентном праве.

Третий подход определять эмбрион/плод как орган или ткань организма матери. Эту практику поддерживает Европейский суд по правам человека. В Германии по делу  Брюггеманн и Схойтен против Германии суд вынес следующее постановление: Жизнь эмбриона неразрывно связана с жизнью беременной женщины и не может рассматриваться в отрыве от нее. Этих же принципов придерживается и российское законодательство. В Законе О трансплантации органов и (или) тканей человека эмбрионы отнесены к разновидности органов, имеющих отношение к процессу воспроизводства человека. При этом в Уголовном кодексе РФ в части 2 статьи 105 к числу отягчающих вину обстоятельств относится убийство беременный женщины, если виновный знал об этом.

            Признание за эмбрионом/плодом прав субъекта является сложной юридической и этической проблемой. Следующая за этим необходимость внесения  соответствующих

изменений в действующее законодательство может вызвать серьезную коллизию в существующей медицинской практике.

           

Медицинская практика под угрозой

 

Признание за плодом прав субъекта ставит под вопрос легальность проведения абортов и может стать основанием для их фактического запрещения.  Согласно российскому законодательству, а именно Федеральному закону №323-ФЗ Об основах охраны здоровья граждан в РФ, искусственное прерывание беременности по желанию женщины проводится при сроке беременности до двенадцати недель, искусственное прерывание беременности по социальным показаниям проводится при сроке беременности до двадцати двух недель, а при наличии медицинских показаний независимо от срока беременности. Таким образом, даже при наличии медицинских показаний при признании за плодом прав субъекта, искусственное прерывание беременности будет сопряжено с правовыми ограничениями. Это, в свою очередь, может привести к многочисленным негативным последствиям, например, таким, как рост числа подпольных абортов, производимых в ненадлежащих условиях.

Аналогичные примеры уже были в истории нашей страны. В 1936 году вышло Постановление Центрального исполнительного комитета СССР  № 65 и Совета народных комиссаров СССР № 1134  О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многодетным семьям, просуществовавшее до 1955 года. Запрет абортов способствовал росту рождаемости, но привел к резкому увеличению материнской смертности от абортов. В 1935 г. смерти от аборта составляли 26% случаев материнской смерти, а в начале 1950-х гг. эта доля превысила 70%.

Для сравнения, в 2018 г. материнская смертность составила всего 9,1 на 100 000 родившихся живыми (146 человек), из которых от причин, связанных с абортами, умерли 10 женщин (6,8% в структуре материнской смертности).

Во-вторых, под угрозой окажется фетальная хирургия (раздел хирургии, объектом которого является плод в утробе матери), являющаяся областью медицины высокого риска. Фетальная хирургия позволяет спасать жизни нерожденных детей с пороками развития, при многоплодной беременности, но при этом сопряжена с высоким риском различных осложнений и гибели плода.

Часто при многоплодной беременности операции проводятся в интересах одного из плодов, что неминуемо ведет к гибели второго плода. Заведомое причинение вреда одному плоду в интересах другого при наличии у плода равноценных с человеком прав создаст серьезную юридическую проблему при проведении подобных вмешательств и может послужить причиной исчезновения данной области медицины.

В-третьих, большинство случаев внутриутробной гибели плода происходят на фоне серьезных акушерских осложнений (преэклампсии, задержки роста плода, отслойки нормально расположенной плаценты и др.), которые не поддаются известным способам профилактики и терапии. А единственным методом лечения пациенток с данными акушерскими осложнениями является родоразрешение, которое часто проводится досрочно и приводит к рождению детей с очень низкой или экстремально низкой массой тела, в группе которых отмечаются высокая заболеваемость и смертность.

В ряде случаев гибель плода бывает без выявления явных причин. По различным статистическим данным, частота антенатальной гибели плода даже в странах с высоким уровнем развития клинической медицины и организации здравоохранения остается достаточно высокой и не имеет тенденции к снижению: в Швеции 3,6 на 1000 родов, в Великобритании и США 5 на 1000 родов В России данный показатель в 2018 г. составил 5,6 на 1000 родов.  В случае признания за плодом прав человека вопрос качества оказания медицинской помощи (надлежащее/ненадлежащее) должен будет оцениваться в аспекте гибели плода. При этом в большинстве случаев оно не может быть достоверно оценено вследствие крайней сложности определения причинно-следственной связи между действиями медицинского работника и гибелью плода.

Наконец, признание за плодом прав человека декларирует защиту интересов плода и ответственности за нее не только медработников, но и беременных женщин. Это значит, что халатное отношение к своему здоровью женщины во время беременности (неявка на плановый прием, несоблюдение рекомендаций врача, и т.д.) будет являться основанием для привлечения ее к административной или уголовной ответственности. При этом, по данным федерального статистического наблюдения, доля таких женщин составляет примерно 20%, что в абсолютных числах составляет примерно 300 000 женщин в год. То есть, примерно 1/3 миллиона беременных женщин в год будут привлекаться к различным видам ответственности вследствие ненадлежащего отношения к собственному здоровью.

 Российское законодательство на сегодняшний день не знает подобного рода прецедентов, однако можно привести примеры из американской судебной практики. В 2004 г. в США 28-летней Мелиссе Энн Роуланд было предъявлено обвинение в убийстве своего нерожденного ребенка, так как она отказалась от операции кесарева сечения, которое ей было показано в интересах плода.

Безусловно, развивающиеся репродуктивные технологии ставят свои вызовы перед общественностью и государством.  В свете последних достижений медицины назрела необходимость пересмотра и внесения изменений в действующее законодательство, определяющее права нерожденных детей и их государственную защиту.

 

 

 

 
 

Центр независимой профессиональной экспертизы Врачебной палаты Московской области

 
 

В настоящее время Национальная медицинская палата реализует пилотный проект по независимой экспертизе, который направлен на формирование нормативно-правовых, методологических и инфраструктурных условий для создания этого института. Решение задачи по формированию института независимой медицинской экспертизы определяется 323-ФЗ Об основах здоровья граждан РФ (ст.58), а также развитием саморегулирования медицинской деятельности, элементом которого является, в том числе, оценка качества оказания медицинской помощи на уровне профессионального медицинского сообщества при неблагоприятных исходах, как способ урегулирования конфликтов между врачом и пациентом, включая досудебный уровень. В основе проекта - создание и организация работы центров независимой профессиональной экспертизы качества медицинской помощи при некоммерческих профессиональных медицинских организациях. Независимый статус экспертиз качества медицинской помощи, проводимых Национальной медицинской палатой и ее региональными подразделениями станет основой развития досудебного урегулирования споров между врачом и пациентом в системе здравоохранения.

 

(читать полностью)